Структура политических свойств

Определенность политики как осо­бой сферы человеческой жизнедея­тельности непосредственно выража­ется в наличии у нее соответствующих, специфицирующих черт и ха­рактеристик. В своей совокупности они позволяют отличить политику от иных сфер общества, увидеть границы ее существования. Прежде всего следует отметитьонтологические, морфологические и процессу­альные свойства политики.

Так, к онтологическим (раскрывающим сущностные черты дан­ного типа человеческой активности) относится свойствоконкурент­ности, демонстрирующее, что политическое взаимодействие являет­ся результатом столкновения различных групповых интересов и со­путствующих им норм и правил, ценностей и традиций, одним словом, самых разных компонентов властного противоборства. Дан­ное свойство показывает и то, что политика, как таковая, складыва­ется из постоянного борения ориентирующихся на доминирование разных по происхождению стандартов, ценностей, институтов. По­этому в ряде случаев методы политического урегулирования могут быть направлены не на примирение, а на разжигание конфликтов, не на диалог между группами, а на воспрепятствование ему.

Важным свойством политики является и ееасимметричность, ко­торая выражает не столько временный характер достигнутого между участниками политической игры баланса сил, сколько невозможность его постоянного поддержания, а следовательно, и подвижность отно­шений за политическую власть. В силу этого политика предстает как внутренне обратимое, принципиально неравновесное явление, в ко­тором переплетены сознательные и стихийные действия, организа­ция и дезорганизация, порядок и хаос, баланс и дисбаланс, стабиль­ность и нестабильность, устойчивость и неустойчивость. Целенаправ­ленные действия по руководству обществом подрываются стихийными протестами неудовлетворенной этой линией части населения; законы и нормы стабилизации -политической жизни сталкиваются с противо­речащими им обычаями и привычками (как верхов, так и низов); упорядоченность и рационализм политических отношений опроки­дываются иррациональными, непредсказуемыми реакциями населе­ния и т.д. На практике часто можно наблюдать, как тот или иной режим быстро переориентируется с защиты одних интересов и цен­ностей на поддержку и защиту противоположных, переходит от методов убеждения и внушения к использованию силовых, принудительных средств, утрачивает и вновь обретает легитимность.

Нельзя не отметить, что политика формируется и осуществляет свои функции по преимуществу врациональной форме. Это стоит подчеркнуть, поскольку история постоянно предоставляет множество фактов неадекватной реакции человека, его несоизмеримых с внешними условиями действий, следования суевериям, предрассудкам, ритуалам. Не случайно целый ряд мыслителей и даже отдельные научные школы исходили из того, что бездна политики скрывает исключительно темные, присущие человеку начала, Г. Лассуэлл, например, полагал, что политика представляет собой «процесс, через который открывается иррациональный базис общества».* Однако история все же показывает, что политика, создавая механизмы paционального выстраивания институтов, вырабатывая механизмы согласования частных и общих позиций, не утрачивает при этом и сво­его иррационального компонента, хотя по преимуществу выступает формой рационализации социальных отношений.

* Цит. по: Edelman M. Constructing the Political Spectacle. Chicago, 1988.P. 108.

Учитывая неизменно острое соперничество в зоне публичной вла­сти, чреватое самыми непредсказуемыми последствиями, нельзя не признать, что политика представляет собой крайнерисковый (вен­чурный) вид социальной деятельности. Здесь как ни в какой другой сфере общества вложения сил, капиталов, человеческой энергии могут не дать никакой компенсации затраченных усилий. Неожиданный проигрыш на выборах, внезапная отставка до того благополучного министра, падение правительства и кризис, вызвавший всеобщую дестабилизацию социальных и экономических порядков, и прочие хорошо известные и постоянно встречающиеся факты заставляют относиться к политике как к области действий, обладающей повы­шенной опасностью для реализации намеченных человеком планов. Вместе с тем это предполагает и поиск особых средств, компенсиру­ющих такие ее моменты, как беспринципность политиков, готовых защищать любые идеи, лишь бы остаться у власти, взяточничество, физическое устранение конкурентов и т.д.

Свойство проникновения

Политика, как уже говорилось, спо­собна проникать в различные сферы социальной жизни, придавая тем или иным проблемам подлинно государственный масштаб. Это свойствоинклюзивности свидетельствует о непостоянстве и подвижности круга тех проблем, которые рассмат­риваются государственной властью в качестве политически значи­мых. Ведь как писал Ф. Брауд, «ничто по своей природе не является политическим и все им может стать».* По этой причине, полагает Н. Фразер, «политизация социального» – неотъемлемый процесс в сложноорганизованных обществах.**

* BraudPh. La science politique. Paris,1992. P. 11.

** Fraser N. Unruly Practices. University of Minnesota Press, 1989.

Иными словами, наряду с признанием проблем, требующих по­стоянного участия государства в регулировании социальных процес­сов (обеспечение безопасности общества, поддержание международ­ных связей и др.), у политики в каждый данный момент существуют проблемные вопросы, которые периодически включаются в поле вла­сти или выключаются из него. Поэтому политика в принципе способ­наизменять свой объем, вследствие чего ее границы имеют в опреде­ленной степени условный характер и зависят от исторического кон­текста, а также умения государства увидеть те групповые конфликты, которые требует его непременного вмешательства.

Данное свойство политики превращает искусство руководителей государства в главный источник формирования политического про­странства. От характера осознания политически значимых интересов непосредственно зависит объем объектов государственно-властного регулирования, а следовательно, и объем политической сферы. Если несколько перефразировать М. Вебера, то можно сказать, что каче­ство явления, позволяющее считать его «политическим», «обуслов­лено направленностью интереса», которую придает государство «тому или иному событию в каждом отдельном случае».*

* См.: Вебер М. Избранные произведения. С. 360.

В придании событиям политического значения заложена принци­пиальная возможность произвола субъекта в оценке характера груп­повых интересов и конфликтов. По мнению Р. Даля, политика пред­ставляет собой обширное поле для ошибок, преувеличения одних интересов и преуменьшения других, для принятия одних решений и непринятия других. В произвольном выборе объектов политичес­кого регулирования либо в использовании неадекватных средств и методов регулирования кроется огромный потенциал напряжен­ности. Как верно заметил французский ученый Г. Эрме, «лучший правитель это тот, кто наилучшим образом защищает интересы граждан от поползновений государства, которое хотело бы против воли граждан осуществлять то, что оно неоправданно считает инте­ресами общества».*

* Hermet G. Le peuple centre la democratie. Paris, 1989. P. 20.

Следствием отражения такой трудности является то, что некото­рые теоретические направления обосновывают мысль о неприемле­мости властно-политического регулирования общественной жизни, как таковой. Так, анархисты полагают, что исходящая от государства власть в основном имеет негативные следствия. Технократически ори­ентированные мыслители вообще сомневаются в возможности до­биться результатов с помощью социальных методов.

Показательно также, что различные идеи, ограничивающие роль политических методов регулирования, не только распространялись на теоретическую сферу, но и активно воздействовали на реально функционирующие системы власти. В частности, это касается запад­ных демократических государств, в значительной мере унаследовав­ших идеи либеральных мыслителей (А. Смита, А. Бентама, Дж. Милля и др.), которые считали основной проблемой политики строитель­ство общества, где политика была бы ограничена сравнительно не­большой сферой жизни. Поэтому государства либерального типа за­ранее ограничивают область применения политического регулирова­ния интересами и прерогативами независимого от государства гражданского общества. Коль скоро сфера гражданского общества раз­вивается на принципах самоорганизации и самоуправления и при этом руководствуется нравственными и правовыми нормами челове­ческого общежития, то государство должно существовать в строго определенных целях и границах. В частности, такими целями могут быть поддержание общественного порядка, соблюдение гарантий лич­ных прав и свобод граждан. В связи с этим оно не может вмешиваться в личную жизнь индивида. И все же такие принципиальные ограни­чения политического регулирования в последние годы приобретают больше нормативный характер, поскольку многие социальные кон­фликты гражданского общества в современных либерально-демокра­тических государствах так или иначе регулируются политическими методами.

В отличие от либеральных ограничений на политические регуля­торы, тоталитарные системы власти вообще лишают государство (как механизм формирования политики) необходимой гибкости и тем са­мым преобразуют политику в иное средство регулирования конф­ликтов. Например, в государствах этого типа все групповые отноше­ния регулируются силовыми и принудительными способами со сто­роны властвующих структур. В результате силовые и принудительные действия государства становятся единственным средством регуляции общественных и даже межличностных отношений. Иначе говоря, го­сударственное вмешательство в этом случае становится средством, уничтожающим всякую конкуренцию в борьбе за государственную власть. В таком случае политическая власть вырождается в админист­ративный произвол властей, а политика как специфическая сфера жизни растворяется во всем социальном пространстве, утрачивая свою специфику и назначение.



6861986300936875.html
6862105949477104.html
    PR.RU™